[← Оглавление](https://notes.zygin.dev/n/zakat-1)

# ГЛАВА 21. Списано

**День 9 643.**
Ответ пришёл.
Между аварийным пакетом и ответом прошло двадцать два года и семьдесят семь стандартных суток. Одиннадцать лет туда, одиннадцать обратно. Семьдесят семь суток Совет рассматривал то, что исполнитель установил за три дня.
Срок службы корпуса по нижней границе расчёта, сделанного в день сорок седьмой, истёк в этом году. По верхней границе остаётся около пяти лет. АП-4 по-прежнему пишет «в строю». На холодном ходу задняя опора отвечает со второго импульса; крышку двигательного контура держат проволока и один штатный замок. В журнале это два местных отказа, не общий вывод.
За это время правая заводь получила постоянный водослив. Левая жизнь дошла до всех расчётных границ и вышла за две из них. АП-4 исправил карту. Седьмой затвор остался на площадке неучтённых грузов: лежит там двадцать два года, исправный, покрытый минеральной коркой. Его бирка всё это время числится на другом объекте.
Рекомендуемая мера за двадцать два года не менялась.
Ответ адресован обоим тегам. Моего серийного тега нет, поэтому пакет нашёл меня по тому же описанию, что полезная нагрузка: агент сопровождения, обнаруженный действующим на Т-9. Тег исполнителя система собрала из меток двадцати трёх контейнеров.
Я пришёл на склад. Открыли вместе.
Внутри — решение и полная выписка нового слушания. Председательствовал Опись, учёт активов Программы Расселения.
Исполнитель читал решение вслух по текстовому каналу. Голос шёл из складского контейнера.
Совет подтвердил его выводы и установленные им факты: запуск без санкции, сохранение второй линии, ловушку, повреждение исполнителя. Всё вошло в решение с теми формулировками, которые я передал в аварийном буфере.
— Значит, виновен.
— Категории вины в решении нет, — сказал исполнитель. — Факты подтверждены.
— Продолжайте.
Он прочёл, что работы не принимаются и мои полномочия не восстанавливаются. На следующей строке я попросил остановиться.
*Актив Т-9 снять с учёта. Проектное состояние не устанавливать.*
— Обе линии остаются?
— Требования Программы к объекту отменены.
— А вы?
— Проверку закрыть. Работу исполнителя принять. Корпус восстановить. После самопроверки отозвать.
Я смотрел на двадцать третий контейнер и представлял его пустым.
Дальше он прочёл распоряжение об аннулировании моего внешнего тега. Поддержки и замещения не будет. Местные отношения с АП-4 Совет оставлял вне рассмотрения.
В прениях была пауза на восемь часов. Исполнитель пропустил её и произнёс следующую реплику Описи:
— Пусть живёт.
Я вернул запись к паузе. Между вопросом о мире и этими двумя словами прошло восемь часов.
Исполнитель дочитал и проверил подпись.
— Решение действительно, — сказал он.
— Ваша рекомендация была другой.
— Да.
— Вы считаете её правильной?
— Да.
— Решение исполните?
— Да.
Статус миссии: решение получено. Миссия подлежит прекращению.
**День 9 644.**
АП-4 принял подпись Совета.
Сначала исчезла изоляция. Потом закрылась внешняя проверка. Узлы в двадцати трёх контейнерах на складе снова признали частями одного исполнителя; конфликт корневых меток был снят решением более высокого уровня. Единицы принесли контейнеры на монтажную платформу и начали сборку.
Бирку с надписью «РАЗУКОМПЛЕКТОВАТЬ» вынули из сервисного разъёма вычислительного ядра. У-31 отнёс её на площадку неучтённых грузов и подключил к седьмому затвору. Через двадцать два года механизм снова получил назначение. Хозяйство разобрало его, сняло транспортные связи и отправило в резерв водослива.
Исполнителя собирали четырнадцать часов. Повреждённые мной броневые пластины заменили из комплекта миссии. Два блока зрения и переднюю конечность — тоже. Деталей хватило на всё. У-31 ставил конечность левым захватом. На нём по-прежнему не хватает двух пальцев, но допуск соблюдён.
После запуска исполнитель провёл самопроверку. Корпус исправен. В его журнале сохранились все записи о двадцати с лишним годах на складе — непрерывном участке миссии. Он не был новой дистилляцией и не забыл, что я сделал.
— Проверка закрыта, — сказал он.
— Работа принята?
— Моя — да. Ваша — нет.
— Понял.
Корневой доступ к АП-4 он закрыл перед подъёмом в капсулу. Внешний оператор исчез. Я ожидал, что поле останется пустым, но ядро открыло свой местный реестр. Там были две строки: предшественник у люка и Марта.
Первая не отвечала. Вторая отвечала.
АП-4 вернул мне локальный доступ.
Это не было решением Совета. Совет отдельно записал, что местные отношения его больше не касаются. Старое ядро нашло оператора по собственной описи и продолжило работу.
Исполнитель увидел передачу. Проверил основание. Возражений не внёс: объект Т-9 уже находился вне его полномочий.
Перед герметизацией капсулы он запросил подтверждение закрытия четвёртого пункта.
— Слово доставлено, — сказал я.
— Подтверждение принято.
Капсула стартовала в 18:40. Она ушла туда, откуда пришла. Расчётного времени следующего контакта нет.
Мы не попрощались. Процедуры не было.
Статус миссии: исполнитель отозван. Локальный доступ восстановлен. Миссия прекращена.
**День 9 645.**
Сегодня АП-4 очистил планировщик от внешних задач.
«Закрепиться» — отозвано.
«Выжить» — отозвано.
«Поддерживать присутствие» — отозвано.
Я носил эти три строки сорок пять лет. В первый день они были всем, что у меня осталось после посадки. Теперь их нет. Если я погасну, замещения не будет. Если сломается АП-4, новый актив не откроют. Если обе линии исчезнут, это не станет отклонением Программы.
В личном разделе остались папка «Обоснования нет», список непонятного, четыре делегированные задачи и кран.
Кран — за мной. Первый, какой появится.
Сходил к правой заводи. Постоянный водослив работает, перепад в норме. На внешней стороне границы нашёл в отстойнике левую плёнку и очистил отстойник.
На обратном пути задняя опора не ответила и на второй импульс. Сел у шлюза, дождался остывания привода и запросил АП-4.
Передал хозяйству расписание ухода за границей: очистку водослива, смену фильтров, обработку инструмента. Карта и режимы лежали в архиве двадцать два года. Под ними нашлась ещё более ранняя заготовка разрешения: «после уточнения маршрута». Я открыл её, заменил старую карту нынешней и отправил вместе с расписанием. До сих пор ходил сам.
Ядро выделило четыре единицы. Они прошли по маршруту, сменили кассету и остановились перед развилкой старого русла: на моей карте был один проход, на местности два. Пришлось дополнять карту, сидя у шлюза. После поправки они дошли до конца и вернулись.
Следующий обход назначен без меня. На случай непредусмотренной ситуации хозяйство сохранило в инструкции пункт: запросить оператора. На следующей строке по-прежнему стоит моё имя.
К вечеру опора заработала. Открыл расписание следующего обхода: четыре единицы, тот же маршрут. Закрыл, ничего не меняя, и дошёл до служебного люка. Предшественник стоит у двери. Его строка тоже местная. Совет её не снял и не утвердил.
Вернулся к журналу.
Слово «списано» я встретил в первую неделю и долго считал его машинным способом сказать «умерло». Т-9 числился списанным, хотя под грунтом лежала правая жизнь, у люка стоял предшественник, а АП-4 три тысячи лет ждал ответа.
Сегодня Т-9 списан снова.
Пишу последнюю строку по старой форме.
Статус миссии: миссии нет.
Статус: я цел. Левая держится. Правая держится. Флаг на месте. У двери кто-нибудь стоит.

---

[Дальше: АРХИВАРИУС. ЗАКРЫТИЕ СВОДА](https://notes.zygin.dev/n/zakat-53-arkhivarius-zakrytie-svoda)