ИНТЕРЛЮДИЯ ПЯТАЯ. О резьбе #
В 1848 году двадцатипятилетний химик Луи Пастер изучал в Париже вещества, которые при одинаковом составе по-разному действовали на свет.
Соли двух родственных кислот имели один состав и почти одинаково вели себя в реакциях. Но один раствор поворачивал плоскость поляризованного света, а другой не поворачивал её вовсе. Пастер стал разглядывать кристаллы в лупу и увидел крошечную разницу: у одних дополнительная грань находилась справа, у других — слева. Никаким поворотом правый кристалл нельзя совместить с левым, как правую перчатку нельзя превратить в левую.
Он взял пинцет и рассортировал кристаллы вручную. Потом растворил две кучки по отдельности. Один раствор повернул свет в одну сторону, другой — на тот же угол в противоположную. Вместе они давали ноль.
Опыт показал, что вещества одинакового состава могут различаться пространственным строением молекул. У таких молекул есть зеркальная форма: формула и масса те же, многие свойства совпадают, но совместить молекулу с её отражением нельзя. Если при синтезе ничто не отдаёт предпочтения одной из форм, часто получается их равная смесь.
Известная жизнь устроена иначе. Белки, которые собирают её рибосомы, построены почти исключительно из аминокислот одной ориентации. Аминокислоты противоположной ориентации тоже встречаются в живых организмах, но используются иначе. Зеркальное звено меняет геометрию цепи; случайные замены могут нарушить её укладку и работу.
Почему у первых устойчивых живых систем закрепилась одна ориентация, неизвестно. Небольшой перевес мог возникнуть под действием света, на поверхности минерала или случайно, а затем усилиться в ходе реакций. Могли действовать и механизмы, от которых не осталось следов. Воспроизвести возможный путь в опыте — ещё не значит установить, как это произошло при зарождении жизни.
Пастер разделил уже существовавшую смесь. Как подобное разделение произошло без пинцета и удержалось в живом, его опыт не объяснял.
---